Нина Иевлева: "Детская картинная галерея — место, с которого взлетают Жар-птицы"

Опубликовано: Авторы: Фоторепортер: Владимир КОТМИШЕВ 147

Одно из самых удивительных самарских мест — будто бы явившийся из сказки дом Клодта, где 30 лет назад поселилась Детская картинная галерея. Здесь экспонируют работы юных одаренных художников не только из Самары, но и со всего мира. Здесь детям помогают почувствовать, понять и полюбить искусство. В этом году свой юбилей отмечает основатель и директор галереи, заслуженный работник культуры РФ Нина Иевлева.

 Деревья, которые расскажут о детском характере

 — Вся жизнь у меня связана с искусством. Помню, когда мы занимались с детьми в Доме учителя в изостудии, к нам приезжали сотрудники Эрмитажа. К тому времени наша студия уже получила статус образцовой. Я показывала гостям детские работы, и они оторваться от них не могли — до двух часов ночи рассматривали. Решение о выставке наших рисунков в Санкт-Петербурге пришло само собой. И выставка состоялась — в Смольном дворце. И произвела сильное впечатление. Настолько сильное, что Борис Борисович Пиотровский, директор Эрмитажа, поддержал нас телеграммой и тем самым помог решить судьбу будущей Детской картинной галереи. Ее открытия в Самаре я добивалась пятнадцать лет. На мои запросы мне отвечали: "О чем вы говорите? У нас картошки в городе нет, а вы о галерее…" Спасибо бывшему мэру Олегу Николаевичу Сысуеву — он помог открыть музей, провести серьезную реставрацию особняка 1898 года постройки. И сейчас здесь, в бывшем доме купца Клодта, проходит уже 701-я выставка. Фонды музея насчитывают более 20 000 работ детей из разных стран мира.

— С чего вы начинаете работу с детьми?

— Все начинается с понимания того, что не рисующих детей нет. Так же, как нет, например, не танцующих детей: когда звучит музыка, малыши с удовольствием начинают под нее двигаться. Но в образовательной системе с обучением детей рисунку и живописи есть серьезные проблемы. Программы для детского сада и общеобразовательной школы, как правило, не учитывают индивидуальности ребенка, его способностей, особенностей его детского мышления, его философии жизни, опыта, наконец. Поэтому просто начинают обучать творца методам рисования морковки, лопаты, флажка, забывая, что имеют дело не с "чистым листом бумаги", а с душой, чувствами, эмоциями детей, внутренней гармонией и генетической одаренностью. На днях я вела большой семинар с преподавателями и воспитателями.

Спрашиваю у педагогов, с чего они начинают, когда дети только пришли к ним. Воспитатель отвечает, что учит рисовать круг: рисует сама и просит повторить. Но ведь можно иначе. Я говорю детям: "Нарисуйте линию, которая расскажет о вашем сегодняшнем настроении". Или: "Нарисуйте дерево, по которому мы узнаем все о вашем характере". Причем рисуют они у меня быстро, без резинки — как профессионалы. Или такая тема, сказочная. Помните, у Ершова: "У старинушки три сына: старший умный был детина, средний сын и так и сяк, младший вовсе был дурак". Говорю: "Нарисуйте всех трех сыновей, чтобы было видно, кто есть кто. Нарисовали? А теперь нарисуйте двух жен, чтобы было видно, чьи они. А мы угадаем". А иногда заданием может быть всего одно слово. Например, "зима". И ребята привыкают к этому, рисуют совершенно свободно. Нет ни одного урока, где обучение проходит в лоб. Вот, например, прочитали с детьми "Репку". Какой вопрос обычно педагоги задают детям после этого?

— Может быть, такой: "Благодаря чему репку удалось вытащить?"

— Вот именно. Очевидный простой вопрос. А я спрашиваю: "А что было дальше?" И у ребенка загораются глаза. Он не вспоминает, а фантазирует. Вплоть до того, что дети рисуют, как эту репку везут на вертолете, например. Надо задавать такие вопросы, которые будят детское воображение. Но когда не хватает знаний, начинаются сложности. Взрослым, работающим с детьми, самим надо постоянно повышать свою грамотность в области искусства. Если помогаешь ребенку понять, что такое "колорит", нужно знать об этом самому.

— Наверное, по рисункам детей можно многое рассказать об их характере…

— Конечно. Я преподавала в школе. Начинала учителем начальных классов, затем учителем рисования. Помню, мне нужно было прийти первый раз в класс, который коллеги называли сложным. Я думала: с чего бы мне начать урок, который дети не считали важным? И тогда я сказала им: "Каждый нарисует дерево, а я по нему расскажу все о характере автора". Что тут началось! В классе был единственный на тот момент альбом для рисования, и он сразу же разлетелся на листы. Нарисовали все! А я начала рассказывать, как они относятся к своим родителям, к друзьям, какие у них отметки по математике… Как оказалось, не ошиблась ни в чем! На следующий урок альбомы были уже у всех. А в конце учебного года двенадцать человек из класса решили пойти в художественную школу. Вот так.

— Я наблюдал, как вы общаетесь с детьми. У вас какие-то доверительные с ними отношения…

— Вы же почувствовали, что они меня совсем не боятся? Ничего даже близкого к этому нет. Я и своим сотрудникам говорю: "Даже если ребенок ничего не нарисовал, не нужно его попрекать этим. Пусть он только смог удачно смешать две краски, вы ему скажите, как он здорово это сделал. И больше ничего. Пускай он уйдет с занятия с позитивом". Для меня каждая встреча с детьми – удовольствие, открытие.

 Полет бабочек

— Наверное, многие художники стали великими, потому что сумели сохранить в себе детское начало. Вспомним Пикассо, Шагала, Пиросмани…

— Правильно. Для этого нужна внутренняя свобода, независимость. Пикассо говорил: "Я бы мог рисовать как Рафаэль, но готов потратить всю свою жизнь, чтобы научиться рисовать как ребенок". Посмотрите: вот это рисунки девочки трех с половиной лет. Удивительные, легкие, свободные линии. А вот работа девяностолетнего Пикассо. Чувствуете родство? (Нина Васильевна листает альбом с рисунками.) Вы посмотрите, как удивительно рисуют дети в шесть, в семь лет. Вот рисунки семилетней Маши Ягубян. Она сделала их в 1989-м. Теперь она живет в Венгрии. Недавно приехала в Самару, зашла к нам. С удовольствием полюбовалась своими детскими работами. Я ей напомнила, какая была идея. В тот день выпал первый снег, и я предложила: "Рисуем очарование сегодняшнего дня".

— Я смотрю, у вас в альбоме много фотографий взрослых людей…

— Это все мои ученики. О них мы с вами можем говорить бесконечно! Маша Пешкова — художник и педагог. Серкова Маша занимается документальным кино. Виталий Стадников, кандидат архитектуры, был главным архитектором Самары, сейчас советник губернатора Самарской области по градостроительной политике. Костя Филимонов — заведующий ожоговым отделением. А вот этот мальчишка, Дима Липский, стал вертолетчиком. Он приходит к нам каждое лето и говорит: "Нина Васильевна, как же замечательно, что я у вас учился. Смотрю сверху на Землю и, мне кажется, вижу ее совсем иначе, чем другие". А вот Юлия Базяева. На снимке она получает награду от премьер-министра Италии за свою художественную работу. Она окончила в Милане магистратуру. После первого курса позвонила мне: "Нина Васильевна, преподаватели здесь говорят теми же словами, что и вы". Сейчас она сама преподает живопись. Недавно из Америки пришло письмо от моей ученицы Олеси Лящук, теперь она Олеся Ван Дейк. Живет в Вашингтоне, пишет картины, выставляется и занимается, как она сказала, "вашим делом". Еще одна ученица, Лена Арончик, тоже живет в Америке, была деканом факультета дизайна. У нее трое детей. Как-то звонит она мне и говорит: "Нина Васильевна, напомните темы, которые вы мне давали, хочу своим детям предложить". "Я тебя попросила, — отвечаю, — нарисовать ощущение от колокольного звона, но колокола не рисовать. А еще — полет бабочек, но самих бабочек не изображать. Или такое задание: "Нарисуй место, с которого только что улетела Жар-птица". Детская картинная галерея Самары стала таким местом — здесь пробуждаются и взлетают Жар-птицы…

Версия для печати

Новости

Назад. 26 февраля 2020 Вперед.

Нина Иевлева: "Детская картинная галерея — место, с которого взлетают Жар-птицы"

Архив новостей

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
27 28 29 30 31 1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 1