«Трехгрошовая опера» на новой сцене «СамАрта»

В репертуаре «СамАрта» появился второй спектакль на новой сцене - «Трехгрошовая опера» в постановке немецкого режиссера Доминика Бюттнера.

Лондон и кабаре

Брехт писал свою пьесу на основе «Оперы нищих» Джона Гея, местом действия «Трехгрошовой оперы» так и остался Лондон, но вряд ли кто-то из современников берлинской премьеры не понимал, чья продажная полиция и безнаказанные преступники имеются в виду.
«Трехгрошовая опера» в постановке Доминика Бюттнера — спектакль в кабаретной стилистике, с аттракционами, напоминающими цирковые, заметным гримом и соответствующей манерой игры актеров. Портал украшен гирляндой лампочек, на сцене - металлическая конструкция из нескольких ярусов, костюмы — единственное, что намекает на время создания пьесы, 1920-е (художник Арсений Радьков, Москва).
Тема кабаре и Германии 1920-1930-х у Бюттнера одна из любимых - на Сахалине, например, идет его спектакль «Мечты, любовь и кабаре», действие которого происходит в тот же период. Если судить по самарскому спектаклю, Бюттнера интересуют исключительно театральные истории, без актуальной повестки и отсылок к современности. В контексте творчества Брехта это звучит немного странно, но, конечно, имеет право на существование. Бюттнер при этом известен как хореограф, в этом качестве работает в театре и кино, но в самарском спектакле танец выполняет служебную функцию.
Гораздо важнее вокал. Артисты «СамАрта» прекрасно поют, причем в этом случае не самые простые для драматических актеров зонги Курта Вайля. Помогают им индивидуальные микрофоны и «поддержка» оркестра из 13 музыкантов во главе с Василием Тонковидовым (он же музруководитель постановки). Качественный вокал в «СамАрте» - не новость, но в «Трехгрошовой опере» - половина успеха.

Мэкки и женщины

По сравнению с английской версией, Брехт лишил своего Макхита черт благородного разбойника, сделал его таким же буржуазным дельцом, как Пичема. Павел Маркелов в самарской версии играет не романтического героя и не законченного мерзавца. Главной его характеристикой кажется усталость. Меланхоличный, по-барски вальяжный, равнодушный как будто ко всему, он даже знаменитое «Ну что ж, я гибну» говорит без всяких эмоций (и уж тем более без эмоций женится, передает дела Полли, прячется у проституток...). Нельзя сказать, что они так уж похожи с Пичемом (Игорь Рудаков) -
владелец фирмы «Друг нищего» еще сохранил интерес к жизни и предпринимательству.
Мэкки-нож окружен женщинами - именно они предают, спасают и поддерживают его. Женщины движут сюжет, и хотя Мэкки очарует какую угодно, его судьбу в конечном итоге ведут они. Мария Феофанова в роли Полли создает новый для себя, гораздо более жесткий образ, чем мы привыкли видеть у актрисы. Селия Пичем Ольги Агаповой - прожженная темпераментная мать Полли, способная ради по-своему понятого счастья дочери поднять полгорода. Татьяна Михайлова в роли Дженни-Малины запутывает и Макхита, и зрителя, кажется настолько глубокой и сочувствующей, что ее двойное предательство невозможно предугадать.
В тексте «Трехгрошовой оперы» каждую картину сопровождает ремарка, анонсирующая содержание. В самарском спектакле ремарки отданы неожиданно названному не «уличным певцом», как у Брехта, а русским понятием «балаганный зазывала» конферансье (Юрий Долгих). На кабаре происходящее похоже, конечно, больше, чем на балаган, но кажется, это слово возникает не случайно. Балаган - не только ярмарка, но и народный театр. Правда, балаганный театр обращен к публике и современности, а не к стилизации прошлого.

80

Последние статьи

22 февраля
21 февраля
20 февраля
19 февраля
18 февраля
17 февраля

Архив Культура

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
30 31 1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30 31 1 2