Человек, который не боялся думать

15 февраля 2019 года ушел из жизни легендарный российский конструктор Георгий Евгеньевич Фомин

Я познакомился с ним в 2012 году. Шел задавать вопросы по профессиональной деятельности, но наш разговор неожиданно повернул в другое русло, далекое от космоса и ракет. Георгий Евгеньевич оказался человеком нестандартно мыслящим, с широкими взглядами и прекрасным чувством юмора. И хотя наши взгляды далеко не во всем совпали, с ним не хотелось спорить, его хотелось слушать.

О космических успехах и неудачах

Конечно, совсем не говорить о своей профессии Георгий Фомин не мог. Все-таки с 1956 по 2005 год он работал на оборонных заводах Куйбышева-Самары. Да и после выхода на пенсию продолжал «держать руку на пульсе»: каждый день просматривал сайты космической тематики - новости, запуски ракет, исследования. Однако и здесь беседа приобрела скорее общечеловеческий смысл, чем узкопрофессиональный.
Георгий Евгеньевич заговорил о переизбытке «чернухи» в наших средствах массовой информации. «Казалось бы, сегодня масса информации в свободном доступе, а мы все равно мало знаем об этом. Пресса как-то все больше о неудачах пишет. Обидно, конечно, - поделился он. - Вот этот «Фобос». Сейчас о нем на каждом углу кричат. А в это время летает - и, насколько я знаю, успешно - спутник «Спектр-Р» с уникальным телескопом под названием «Радио-Астрон». И никто о нем не говорит. Летает на геостационарной орбите метеорологический спутник «Электро-Л». NASA пишет: Самые лучшие снимки Земли получают с этого спутника. А узнаешь об этом только на англоязычных сайтах».

Когда было больше терпимости

Но не только СМИ иногда отличаются погоней за, как сейчас уже говорят, «хайпом». Я заметил тогда Георгию Евгеньевичу, что и простые пользователи не умеют подчас нормально общаться, аргументированно спорить. Люди ругаются в Интернете до такой степени, что готовы попереубивать друг друга. Он помолчал, подумал. Кстати, эта его особенность покоряла. Он не боялся взять паузу, обдумать ответ. И ответ всегда получался интересным, а примеры были - нагляднее не придумаешь.
«Помню, в 1950 году приехал поступать в институт в Москву, - рассказал Георгий Фомин. - Там жила моя бабушка Мария Алексеевна. Она очень богомольная была. Приехал я к ней в гости под Пасху. Специально, кстати говоря, потому что поесть хотелось. Она меня в церковь позвала. Я ей говорю, ты уж не обижайся, но мне нельзя, я комсомолец. Она и не обиделась, я тебя понимаю, ответила. Понимаете, и я спокойно относился к тому, что она в церковь идет, и она спокойно воспринимала мой комсомольский билет. Или вот еще пример. На станции метро «Сокол», на Ленинградском шоссе, рядом с Московским авиационным институтом стояла Всехсвятская церковь. Представьте, на Пасху на два квартала туда очередь выстраивалась. И никто никого не разгонял, не арестовывал. А ведь это еще при Сталине было».
Удивительная параллель, не правда ли, есть над чем подумать?

Каким может быть патриотизм

Не менее интересное мнение Георгий Евгеньевич высказал о патриотизме. Да, воспитывать молодежь в патриотическом духе надо, да, нужна государственная пропаганда и так далее. Но только высокими словами результата не добиться. Фомин считал, что патриотизм - это не только гордость за свою страну, ее историю, победы и достижения предков. Патриотизм можно воспитывать даже на бытовом уровне. «Приходишь ты домой, - привел он пример,  - открываешь холодильник «Саратов». Разогреваешь ужин на плите «Лысьва», сделанной в Пермской области. Бросаешь белье в стиральную машину «Вятка» из города Кирова и садишься смотреть телевизор «Радуга» ленинградского производства. И тогда тебе не надо объяснять, что такое Родина и как она велика».

Как в СССР выпуск бытовой техники наладили

Или, например, вы знаете, что недавно в России приняты решения о диверсификации производства высокотехнологичной продукции гражданского назначения организациями оборонно-промышленного комплекса. Объем гражданской продукции, выпускаемой оборонными предприятиями, должен составлять не менее 30% к 2025 году и 50% к 2030 году.
В 2012 году, когда этой программы еще не существовало, Георгий Фомин рассказал, как обстояло дело с диверсификацией в Советском Союзе: «На каждый рубль оборонной продукции оборонный завод должен был выпускать на рубль товаров народного потребления. А что выпускать, на чем специализироваться, должны были решать сами. Практически все радиоприемники, телевизоры, стиральные машины, холодильники выпускались оборонными заводами. Наш завод «Экран» выпускал телевизоры «Концерт», 24-й завод - лодочные моторы «Вихрь», а вся Волга была запружена нашими катерами «Прогресс». Началось это, по-моему, при Хрущеве. Когда ликвидировали - правда, ненадолго - отраслевые министерства и ввели совнархозы - промышленные предприятия переподчинили региональным властям. Так что Хрущев не только полстраны отдельными квартирами обеспечил, но и масштабное производство бытовой техники наладил».
Казалось бы, как можно похвалить Хрущева? В нашей стране его принято только ругать. Однако Георгий Фомин не боялся высказывать собственное мнение, даже если оно расходится с общепринятым.

К вопросу о свободе

И уж совсем разошлось его мнение с «мейнстримом» в вопросе о свободе. Я спросил Георгия Евгеньевича, когда он чувствовал себя более свободным и почему? В этот раз, обдумывая ответ, он молчал дольше обычного, но он того стоил.
«Я вам расскажу, что такое свобода и как человек ее ощущает, эту свободу. Я сейчас, если бы работал, был бы гораздо менее свободен, чем тогда, - ответил он. - Сегодня эта свобода преподносится как возможность проголосовать за того или другого кандидата. А я свободу и тогда, и сейчас воспринимаю по-другому. По-бытовому. Когда я работал, если я не пьянствовал, не прогуливал, не нарушал закон, честно исполнял свои обязанности, меня никто не имел права выгнать с работы. У начальника цеха, у директора завода никаких способов не было выгнать меня с работы. Никаких. Но, допустим, задался он такой целью. Начались придирки, сочинили какие-то основания. Тогда увольнение нужно было согласовать с профкомом, в комиссии по трудовым спорам. А в комиссии были разные люди. И простые рабочие, и начальники. И коммунисты, и беспартийные. И они должны прийти к консенсусу, как сейчас говорят. Я почему об этом так подробно говорю? Понимаете, я был защищен. И поэтому чувствовал себя свободным. Кто сейчас себя так чувствует? Это первое. Второе, свобода слова. Это понятие очень широкое. Так ли уж важны в повседневной жизни политические темы? Сегодня можно ругать Путина как угодно. Но вот попробуй покритиковать начальника своего. Про такую свободу слова что-то не вспоминают. А тогда я, простой рабочий, мог на собрании критиковать мастера, начальника цеха, директора завода. И никто за это не увольнял, и более того, эти слова вносили в протокол и меры принимали по устранению недостатков. Сегодня же человека могут уволить в любой момент. И эта угроза висит, как дамоклов меч. Разве может он чувствовать себя свободным? Что бы там ему не рассказывали про свободное голосование на избирательном участке. Ведь человеку в жизни-то, в первую очередь, что нужно? Нужна семья, работа, зарплата, жилье. А меня на площадь зовут. Кто на площадь ходит? Кому делать нечего - Ксения Собчак».
Тут ничего не прибавишь, не убавишь. Неожиданный взгляд на свободу заставляет задуматься. Не на минуту-две.
Я часто вспоминал это интервью с Георгием Евгеньевичем Фоминым. Он навсегда остался в моей памяти именно таким: «Передо мной сидел задорный, молодой душой человек, в свои неполные 80 лет легко осваивающий сканеры, ноутбуки и «эти ваши интернеты».

103

Последние статьи

19 апреля
18 апреля

Архив Общество

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
28 29 30 31 1 2 3
4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 1 2 3