Трагическая судьба сельских храмов

Этнограф Тамара Ведерникова – о прошлой и настоящей жизни православных святынь

Не так давно вышла в свет книга «Православные святыни Самарской митрополии». В ней дано подробное описание, фотографии, истории сельских храмов в нашей области, среди которых есть немало уникальных. Инициатор и один из авторов этого издания - самарский этнограф, кандидат исторических наук Тамара Ведерникова.

Храм, похожий на белый корабль

- Как возникла идея этой книги?
- Изучая этнографические особенности нашего края, я всегда интересовалась судьбой сельских церквей. Ранее не было ни одного издания, которое системно рассказало бы об этом. Мы решили восполнить этот пробел. Мы – это творческий коллектив, в который, помимо меня, вошли и.о. ректора Самарской духовной семинарии протоиерей Максим Кокарев (руководитель проекта), доктор исторических наук, профессор Михаил Курмаев и директор Церковно-исторического музея Ольга Радченко. Нас интересовала судьба храмов, построенных до революции и сохранившихся хотя бы в каком-то виде до сегодняшнего дня. Практически каждый из этих храмов пережил три эпохи - созидания, разрушения и восстановления. Мы подали заявку в фонд «Православная инициатива». И там нашу идею поддержали. Проект предполагал полевое исследование нескольких районов Самарской области, а дальше - работу в архивах.
- Поделитесь, пожалуйста, самыми яркими впечатлениями от увиденных сельских храмов…
- Помню храм в Клявлинском районе, похожий на плывущий по степи белый корабль. Рядом - никакой жизни. Благодаря архивным изысканиям мы определили, что здесь было село Иваново-Подбельское. Еще один красивый белокаменный пятикупольный храм в том же районе - в селе Сходнево. Рядом – русское село Добрино, где жили староверы, и уникальное село Назаровка, в котором и сейчас живут крещеные татары. Жители всех этих трех сел были прихожанами храма. Сейчас верх храма разрушен. Трудно сказать, подлежит ли он восстановлению. Или вот еще - мощный, но полуразрушенный храм в селе Троицкое Похвистневского района, где были владения помещика Куроедова. Села уже нет, оно исчезло в 1960-е годы. Степь да степь кругом. Стены храма крепки. Восстановить его, наверное, было бы несложно. Вопрос – для кого. Другая история связана c вымершим селом Новая Хмелевка в Елховском районе. Прямо в поле стоит отреставрированный храм. Нашелся меценат, который вложил деньги в это богоугодное дело. И в наши дни верующие совершают туда паломничество. Но чаще бывало наоборот. Когда люди бездумно разрушали святыни. И не только во времена борьбы с религией в двадцатые и тридцатые годы. Пример – село Покровка Борского района, где в старину жили православные, молокане и мормоны. Мы нашли у старожилов села фотографию 1950-х годов. Величественный деревянный пятикупольный храм. Его разрушение происходило на глазах одного поколения, в 1950-1960-е годы. И разрушали, как это ни печально, сами жители.
- Какие еще наши храмы наиболее интересны с эстетической точки зрения? Меня, например, недавно поразил огромный 22-главый храм в Мусорке...
- В Мусорке на самом деле уникальный храм. Жаль, что там никак не удается завершить восстановление. Верующие для богослужения собирались в бывшем деревянном магазинчике, оборудованном под временный храм. Но вот беда - на днях он сгорел. Еще один редкой красоты храм, изображение которого размещено на обложке нашей книги, во имя Сергия Радонежского в Чапаевске, построенный по проекту архитектора Дмитрия Вернера. Перед Великой Отечественной войной храм превратили в Дом обороны. Срезали купола, а вместо них поставили трубы. В пятидесятые годы здание стало Дворцом пионеров. На каждом барабане, где раньше возвышался купол, располагалась скульптура пионера с горном.
- Знаю, что в некоторых селах в начале тридцатых годов прихожане смогли отстоять свои храмы. Например, храм Вознесения Христова в Кинель-Черкассах, где службы никогда не прерывались…
- Такие случаи были единичны. Ряд храмов, к примеру, во Владимировке Хворостянского района и в селе Высокое Пестравского района, закрывались, но не подвергались разрушению и не использовались как склад или мастерская. Они открывались почти сразу после войны, в 1947-1948 годах.

Воз с иконами

- Какие архивные документы помогали вам в работе над книгой?
- Самые ранние из них датируются 1795 годом. Это материалы пятой ревизии населения России, используемые в Экономических примечаниях к Генеральному межеванию. Там говорится о наличии в селе церкви и на чьи средства она была построена - прихожан или помещика. Хорошо нам помогли клировые ведомости Государственного архива Самарской области, а также публикации в «Самарских епархиальных ведомостях» и других изданиях.
- Помню, в храме Рождества Христова в селе Волжское мне говорили о том, что сохранилась Церковная летопись этого храма…
- Это редкий случай, к сожалению. В фонде духовной консистории в областном архиве таких документов единицы. В них церковная жизнь расписана подробно по годам. Когда я знакомилась с Церковной летописью Троицкого храма в селе Царевщина, у меня вызывало восхищение, как сельские жители воспринимали события Русско-турецкой вой­ны на Балканах. Видимо, перед службой батюшка говорил об этом с прихожанами. Битва под Плевной, на Шипкинском перевале - все это горячо обсуждалось. У всех на устах были имена русских полководцев. Сельчане через церковную кассу собирали деньги на помощь славянским народам.
- Сейчас в некоторых селах храмы пытаются восстановить. Можно ли найти описание их первоначальных проектов, чертежи?
- В некоторых случаях – да. Описание есть, например, в тех же клировых ведомостях. Там сказано, как храм выглядел - снаружи и изнутри, из чего он был построен, по проекту какого архитектора. Когда готовилась книга, я нашла проект строительства храма в Воскресенке Волжского района. Вообще, то, что строятся новые храмы – это хорошо. Но лучше было бы, если бы они возводились на месте утраченных. И, конечно, нужно искать источники – фотографии, чертежи. Восстановление храмов – дело сложное и дорогое. Когда это удается, можно только восхищаться упорством людей, которые принимают в этом участие. Меня, например, поразила история храма в селе Абашево Хворостянского района. Возводил его граф Василий Пустошкин, когда обустраивал эти земли. В храме два престола – нижний, во имя святого благоверного князя Александра Невского, и верхний – во имя святой великомученицы Софии и трех ее дочерей – Веры, Надежды, Любови. Когда мы туда приехали в 1998 году, там была полная разруха. С 1999 года над возрождением храма трудится отец Олег Ребишунг, ему многое удалось сделать. В нижнем престоле идут службы.
- Среди храмов, которые не подлежат восстановлению, есть уникальная старинная церковь в селе Осиновка…
- Несмотря на это, люди в храм по-прежнему приходят. Приносят бумажные иконки, цветочки, на Пасху - крашеные яйца. И это не единичный случай, когда прихожане приходят в полуразрушенные намоленные храмы.
- В селах мне часто рассказывали о том, что старинные иконы местные жители долгое время хранили у себя, где-то на чердаках. А потом передавали в восстановленные храмы...
- Такая история была с храмом в селе Заплавное Борского района. Когда приехали красноармейцы, чтобы закрыть храм, иконы было предписано снять. Один из крестьян подъехал к церкви в повозке, запряженной лошадью, и нагрузил целый воз икон. Над ним подшучивали: «Ну, теперь тебе дров хватит на целый год печь топить». А когда в 1948 году храм вернули верующим, крестьянский сын на той же телеге привез обратно эти иконы.
- Недавно у вас вышла еще одна книга – о вятской земле. Как она родилась?
- Книга посвящена моему родному краю, моей малой родине - Сунскому району Кировской области. А написала я ее вместе с местным краеведом Вениамином Изместьевым. Здесь прослеживается история пяти сел и пяти уникальных храмов – с семнадцатого века по нынешнее время. Этот край тесно связан с судьбами художников Васнецовых. Краеведы задались целью создать здесь новый туристический маршрут - Васнецовское Золотое кольцо. Изучая прошлое деревень нашего района, я с ужасом обнаружила, что деревень-то там почти не осталось. В книге я пишу не только о селах и храмах, но и о замечательных людях нашего района. Один из них - предприниматель Олег Шатков. Недавно он уехал с семьей из Кирово-Чепецка в свою родную деревню Шатки, где к тому времени не осталось ни одного дома, и только вешки тополей напоминали о былой жизни. Олег Петрович вернул сюда жизнь. Теперь здесь несколько домов, огороды, пасека. А еще он с друзьями поставил часовню во имя Святой Троицы, в память обо всех исчезнувших деревнях Сунского района.

Храмы во Владимировке Хворостянского района и в селе Высокое Пестравского района закрывались, но не подвергались разрушению и не использовались как склад или мастерская

90

Последние статьи

22 марта
21 марта
20 марта
19 марта

Архив Культура

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
26 27 28 29 30 1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30
31 1 2 3 4 5 6