Трагическая судьба сельских храмов

Этнограф Тамара Ведерникова – о прошлой и настоящей жизни православных святынь

Не так давно вышла в свет книга «Православные святыни Самарской митрополии». В ней дано подробное описание, фотографии, истории сельских храмов в нашей области, среди которых есть немало уникальных. Инициатор и один из авторов этого издания - самарский этнограф, кандидат исторических наук Тамара Ведерникова.

Храм, похожий на белый корабль

- Как возникла идея этой книги?
- Изучая этнографические особенности нашего края, я всегда интересовалась судьбой сельских церквей. Ранее не было ни одного издания, которое системно рассказало бы об этом. Мы решили восполнить этот пробел. Мы – это творческий коллектив, в который, помимо меня, вошли и.о. ректора Самарской духовной семинарии протоиерей Максим Кокарев (руководитель проекта), доктор исторических наук, профессор Михаил Курмаев и директор Церковно-исторического музея Ольга Радченко. Нас интересовала судьба храмов, построенных до революции и сохранившихся хотя бы в каком-то виде до сегодняшнего дня. Практически каждый из этих храмов пережил три эпохи - созидания, разрушения и восстановления. Мы подали заявку в фонд «Православная инициатива». И там нашу идею поддержали. Проект предполагал полевое исследование нескольких районов Самарской области, а дальше - работу в архивах.
- Поделитесь, пожалуйста, самыми яркими впечатлениями от увиденных сельских храмов…
- Помню храм в Клявлинском районе, похожий на плывущий по степи белый корабль. Рядом - никакой жизни. Благодаря архивным изысканиям мы определили, что здесь было село Иваново-Подбельское. Еще один красивый белокаменный пятикупольный храм в том же районе - в селе Сходнево. Рядом – русское село Добрино, где жили староверы, и уникальное село Назаровка, в котором и сейчас живут крещеные татары. Жители всех этих трех сел были прихожанами храма. Сейчас верх храма разрушен. Трудно сказать, подлежит ли он восстановлению. Или вот еще - мощный, но полуразрушенный храм в селе Троицкое Похвистневского района, где были владения помещика Куроедова. Села уже нет, оно исчезло в 1960-е годы. Степь да степь кругом. Стены храма крепки. Восстановить его, наверное, было бы несложно. Вопрос – для кого. Другая история связана c вымершим селом Новая Хмелевка в Елховском районе. Прямо в поле стоит отреставрированный храм. Нашелся меценат, который вложил деньги в это богоугодное дело. И в наши дни верующие совершают туда паломничество. Но чаще бывало наоборот. Когда люди бездумно разрушали святыни. И не только во времена борьбы с религией в двадцатые и тридцатые годы. Пример – село Покровка Борского района, где в старину жили православные, молокане и мормоны. Мы нашли у старожилов села фотографию 1950-х годов. Величественный деревянный пятикупольный храм. Его разрушение происходило на глазах одного поколения, в 1950-1960-е годы. И разрушали, как это ни печально, сами жители.
- Какие еще наши храмы наиболее интересны с эстетической точки зрения? Меня, например, недавно поразил огромный 22-главый храм в Мусорке...
- В Мусорке на самом деле уникальный храм. Жаль, что там никак не удается завершить восстановление. Верующие для богослужения собирались в бывшем деревянном магазинчике, оборудованном под временный храм. Но вот беда - на днях он сгорел. Еще один редкой красоты храм, изображение которого размещено на обложке нашей книги, во имя Сергия Радонежского в Чапаевске, построенный по проекту архитектора Дмитрия Вернера. Перед Великой Отечественной войной храм превратили в Дом обороны. Срезали купола, а вместо них поставили трубы. В пятидесятые годы здание стало Дворцом пионеров. На каждом барабане, где раньше возвышался купол, располагалась скульптура пионера с горном.
- Знаю, что в некоторых селах в начале тридцатых годов прихожане смогли отстоять свои храмы. Например, храм Вознесения Христова в Кинель-Черкассах, где службы никогда не прерывались…
- Такие случаи были единичны. Ряд храмов, к примеру, во Владимировке Хворостянского района и в селе Высокое Пестравского района, закрывались, но не подвергались разрушению и не использовались как склад или мастерская. Они открывались почти сразу после войны, в 1947-1948 годах.

Воз с иконами

- Какие архивные документы помогали вам в работе над книгой?
- Самые ранние из них датируются 1795 годом. Это материалы пятой ревизии населения России, используемые в Экономических примечаниях к Генеральному межеванию. Там говорится о наличии в селе церкви и на чьи средства она была построена - прихожан или помещика. Хорошо нам помогли клировые ведомости Государственного архива Самарской области, а также публикации в «Самарских епархиальных ведомостях» и других изданиях.
- Помню, в храме Рождества Христова в селе Волжское мне говорили о том, что сохранилась Церковная летопись этого храма…
- Это редкий случай, к сожалению. В фонде духовной консистории в областном архиве таких документов единицы. В них церковная жизнь расписана подробно по годам. Когда я знакомилась с Церковной летописью Троицкого храма в селе Царевщина, у меня вызывало восхищение, как сельские жители воспринимали события Русско-турецкой вой­ны на Балканах. Видимо, перед службой батюшка говорил об этом с прихожанами. Битва под Плевной, на Шипкинском перевале - все это горячо обсуждалось. У всех на устах были имена русских полководцев. Сельчане через церковную кассу собирали деньги на помощь славянским народам.
- Сейчас в некоторых селах храмы пытаются восстановить. Можно ли найти описание их первоначальных проектов, чертежи?
- В некоторых случаях – да. Описание есть, например, в тех же клировых ведомостях. Там сказано, как храм выглядел - снаружи и изнутри, из чего он был построен, по проекту какого архитектора. Когда готовилась книга, я нашла проект строительства храма в Воскресенке Волжского района. Вообще, то, что строятся новые храмы – это хорошо. Но лучше было бы, если бы они возводились на месте утраченных. И, конечно, нужно искать источники – фотографии, чертежи. Восстановление храмов – дело сложное и дорогое. Когда это удается, можно только восхищаться упорством людей, которые принимают в этом участие. Меня, например, поразила история храма в селе Абашево Хворостянского района. Возводил его граф Василий Пустошкин, когда обустраивал эти земли. В храме два престола – нижний, во имя святого благоверного князя Александра Невского, и верхний – во имя святой великомученицы Софии и трех ее дочерей – Веры, Надежды, Любови. Когда мы туда приехали в 1998 году, там была полная разруха. С 1999 года над возрождением храма трудится отец Олег Ребишунг, ему многое удалось сделать. В нижнем престоле идут службы.
- Среди храмов, которые не подлежат восстановлению, есть уникальная старинная церковь в селе Осиновка…
- Несмотря на это, люди в храм по-прежнему приходят. Приносят бумажные иконки, цветочки, на Пасху - крашеные яйца. И это не единичный случай, когда прихожане приходят в полуразрушенные намоленные храмы.
- В селах мне часто рассказывали о том, что старинные иконы местные жители долгое время хранили у себя, где-то на чердаках. А потом передавали в восстановленные храмы...
- Такая история была с храмом в селе Заплавное Борского района. Когда приехали красноармейцы, чтобы закрыть храм, иконы было предписано снять. Один из крестьян подъехал к церкви в повозке, запряженной лошадью, и нагрузил целый воз икон. Над ним подшучивали: «Ну, теперь тебе дров хватит на целый год печь топить». А когда в 1948 году храм вернули верующим, крестьянский сын на той же телеге привез обратно эти иконы.
- Недавно у вас вышла еще одна книга – о вятской земле. Как она родилась?
- Книга посвящена моему родному краю, моей малой родине - Сунскому району Кировской области. А написала я ее вместе с местным краеведом Вениамином Изместьевым. Здесь прослеживается история пяти сел и пяти уникальных храмов – с семнадцатого века по нынешнее время. Этот край тесно связан с судьбами художников Васнецовых. Краеведы задались целью создать здесь новый туристический маршрут - Васнецовское Золотое кольцо. Изучая прошлое деревень нашего района, я с ужасом обнаружила, что деревень-то там почти не осталось. В книге я пишу не только о селах и храмах, но и о замечательных людях нашего района. Один из них - предприниматель Олег Шатков. Недавно он уехал с семьей из Кирово-Чепецка в свою родную деревню Шатки, где к тому времени не осталось ни одного дома, и только вешки тополей напоминали о былой жизни. Олег Петрович вернул сюда жизнь. Теперь здесь несколько домов, огороды, пасека. А еще он с друзьями поставил часовню во имя Святой Троицы, в память обо всех исчезнувших деревнях Сунского района.

Храмы во Владимировке Хворостянского района и в селе Высокое Пестравского района закрывались, но не подвергались разрушению и не использовались как склад или мастерская

96

Последние статьи

19 июня
18 июня
17 июня
14 июня
13 июня

Архив Культура

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
26 27 28 29 30 1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30
31 1 2 3 4 5 6