Вячеслав Окунев: «Хотелось бы, чтобы премьера была культурным событием»

«Ну все, я могу идти?» - поднимается со стула собеседник. Корреспондент «ВК» не успел задать и трети заготовленных вопросов, но куда деваться — художник перед премьерой нарасхват, декорации, свет, костюмы — все доводится до идеала. Главный художник Михайловского театра (СПб) Вячеслав Окунев в Самаре не впервые, и мы еще услышим о нем (в марте выходит «Спящая красавица» в его же оформлении). А пока, в коротком перерыве между репетициями, мы успели поговорить о «Князя Игоре», премьера которого прошла вчера в Самарском театре оперы и балета.

- Это не первый «Князь Игорь» в вашей жизни. В чем своеобразие оформления именно этого спектакля?
- Дело в том, что русская опера — самая большая проблема в современном музыкальном театре. Многие российские театры пытаются понять, каким образом нам говорить на темы русской истории, патриотизма, наших корней. Предлагаются самые разные варианты, например, постмодернистские, но больших успехов на этой ниве я не видел ни в Большом, ни в Мариинском театрах. Чаще всего успехом у зрителя все-таки пользуются старые постановки, которые выпущены либо в сталинское время Леонидом Баратовым (художник обычно Федор Федоровский), либо еще раньше - например, я делал возобновление «Садко» в декорациях Коровина.
То есть мы возвращаемся к старому прочтению истории, но редко кто делает это сегодня. Попытки бывают, но они носят обычно такой соц-артовский характер — перенос на наши реалии без особой философии. Мы пошли по пути впечатлений от русской культуры, опирались на то, что нам о ней известно сегодня. По сравнению с тем, что знали во времена Федоровского (этот художник был очень популярен в сталинское время и оформлял многие оперы в Большом театре), сегодня намного больше информации, в том числе и о половцах. Мы решили ею воспользоваться и всю нашу с режиссером сценографическую версию выстроить на артефактах тогдашней истории. Мы ничего не актуализировали, не уходили от «Слова о полку Игореве», мы просто пытались очень точно собрать материал и на этом основании выстроить сценографию.
В последние годы, например, открыты скульптурные изображения половцев, найдены могильники, по которым можно судить, что половцы относились не к монголоидной ветви, а скорее всего, к южнославянской. Потом, мы нашли много общего в каменной скульптуре русской и степной. На этом впечатлении от сложных, взаимопроникающих культур мы попытались сделать весь спектакль. И хотелось бы, чтобы премьера была культурным событием — не политическим, не шумным, не скандальным, а событием искусства, вращающимся вокруг поиска художественного результата, а не вокруг провокаций.
- Мысль режиссера Юрия Александрова о «светлом» спектакле буквально выражается в оформлении?
- Да, она есть. Мы знаем, что белый цвет для русской белокаменной архитектуры и для русского костюма очень важен: белое полотно, ткачество, жемчуг, украшения, белая нить — это такое торжественное, праздничное, характерное именно для славянской культуры искусство. Вся первая картина построена на этих неярких, но тонко сделанных артефактах.
- Какая часть оперы была самой сложной для оформления?
- Для меня достаточно сложным было само пространство этой оперы, когда действие происходит в различных местах — на площади в Путивле, при дворе Галицкого, в тереме Ярославны, куда приходят девушки, бояре и жалуются на бесчинства Галицкого. Мне кажется, у нас получилось соединить все это в одну театральную систему, когда отдельными архитектурными деталями мы собираем историю. Сложен, конечно, и переход на половецкий акт — зрители увидят, как мы это сделали.
- Новое оформление Самарской Оперы к чему-то обязывает художника?
- Я просто давно знаю самарский театр, работаю здесь с 1979 года. Всегда радостно, когда происходит обновление театрального здания, интерьера, сцены. Это вложение в будущее культуры.

Справка
Вячеслав Окунев — художник музыкального театра. Окончил ЛГИТМиК (1979). Уже во время учебы оформлял спектакли в Кировском (Мариинском) и Малом оперном (Михайловском) театре. Как художник-постановщик оформил более 300 спектаклей. Принимал участие в оформлении опер и балетов: «Любовь к трем апельсинам» С. Прокофьева, «Свадьба Фигаро» В.-А. Моцарта, «Коппелия» Л. Делиба, «Жизель» А. Адана, «Мавра», «Свадебка», «Петрушка» И. Стравинского, «Анна Каренина» Р. Щедрина, «Ревизор» А. Чайковского, «Кащей Бессмертный» Н. Римского-Корсакова в Мариинском театре; «Сильфида» Х. Левенскьольда, «Хованщина» М. Мусоргского и балет «Русский Гамлет» в Большом театре; «Евгений Онегин» П. Чайковского, «Тоска», «Джанни Скикки», «Сестра Анжелика» Дж. Пуччини в Камерном музыкальном театре «Санктъ-Петербургъ Опера»; спектакли последних лет в Государственном Академическом театре балета Бориса Эйфмана. Много работает за рубежом, в том числе на таких площадках, как театр «Арена ди Верона», Оперный театр в Кальяри (Италия), Королевский театр в Глазго (Великобритания), Национальная Опера Греции, Национальные театры Сеула и Токио.

18

Последние статьи

19 мая
16 мая
14 мая

Архив Культура

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
31 1 2 3 4 5 6
7 8 9 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27
28 1 2 3 4 5 6