театр

По мотивам Киплинга

Премьера пластического спектакля «Маугли» в «СамАрте»

Татьяна Наумова и Павел Самохвалов поставили в «СамАрте» пластические ассоциации по мотивам «Книги джунглей» Редьярда Киплинга.

Парень в кимоно
Цепи-лианы, деревянные брусья и серебристо-ржавый диск над сценой - так художник Марина Евдоченкова обозначает джунгли. Животных изображают пластически - не подражанием, а самим характером движения (режиссер по пластике Павел Самохвалов).
Багира (Татьяна Наумова) передвигается плавно, Балу (Кирилл Рогозин) переваливается, Каа (Алексей Меженный) шелестит, бандерлоги суетливо хохочут и танцуют под что-то попсовое индийское. Кто помнит - поймет, что музыку навеял образ заброшенного города, в который обезьяны уносят Маугли, но это буквальное соотношение театрального текста с литературным здесь не обязательно. Как не обязательно считать историю мальчика из джунглей рассказом о животном мире. Да и Киплинг писал не только про дикую природу.
Актеры в многослойных одеждах, навеянных коллекциями Едзи Ямамото, в ярком гриме со smoky eyes тоже напоминают скорее моделей, чем зверей. Но через движение и не иллюстративную музыку Василия Тонковидова проступают черты волков и слонов, тигра и пантеры. Мотивы восточных единоборств органично вплетаются в историю мальчика, которого воспитывает стая зверей. Буддизм или философия прогресса, работа над собой или честолюбие - что победит в этом пареньке в кимоно (Алексей Кондрашев)?

Между Востоком и Западом
«Маугли» Татьяны Наумовой и Павла Самохвалова - это час пластического текста, идущего вслед за фабулой «Книги джунглей». Заботливая волчица Ракша (Ольга Ламинская) находит Маугли, пантера Багира берет под свою опеку и обучает боевым искусствам, Шерхан безуспешно охотится за человекообразным волчонком... Перед нами драматическая, а не балетная труппа, к концу спектакля немного спадает темп - артистам непросто выдерживать такие нагрузки. Но история рассказана внятно и со смыслом.
Дети увидят в ней новую версию знакомого сюжета, взрослые - размышления на тему встречи Востока и Запада. Невозможно, конечно, представить, что кто-то не помнит сюжета «Книги джунглей». Но если вдруг найдутся такие, есть две возможности смотреть этот спектакль. Можно заранее повторить фабулу, чтобы соотносить эпизоды с первоисточником (все-таки пластический текст есть пластический текст). А можно довериться спектаклю и воспринимать только этот текст. И даже если вы не вспомните, что Маугли принес огонь из деревни - наверняка догадаетесь, когда Алексей Кондрашев выбежит из зала к танцовщицам в красном. А может быть, увидите поверх киплинговской канвы что-то еще.

Акценты композиции
Хотя спектакль назван «Маугли», едва ли не главным персонажем в нем становится Шерхан (Ярослав Тимофеев). Тигр - центр композиции, яркое пятно, угроза и дух джунглей. Какой мощный беззвучный рык вырывается из этой широко раскрытой пасти, сколько внутренней силы в этой вальяжной поступи! Победа окрепшего Маугли над Шерханом вызывает даже некоторую досаду: жаль, великий был зверь.
Интересно, что единственная деталь в образе актера, прямо отсылающая к звериному окрасу - шарфик, который срывает с него в знак победы Маугли, и тот не тигровый, а леопардовый. Никакой буквальности, только намеки и ассоциации - так устроен спектакль.
Немного текста, кстати, в нем все-таки есть - это ключевые фразы, «слоганы» «Книги джунглей»: «Мы с тобой одной крови, ты и я», «Акела промахнулся», «Ты слышишь мое сердце? Я слышу твое». Но они - только акценты на этой пластической композиции. Вечные истины, которые никогда не поздно напомнить.

126

Последние статьи

22 марта
21 марта
20 марта
19 марта

Архив Культура

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
24 25 26 27 28 29 30
1 2 3 4 5 6 7
8 9 10 11 12 13 14
15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28
29 30 31 1 2 3 4