Камю на самарской сцене

«Уместный театр» ставит «Постороннего» в двух частях
Смена площадки с нового корпуса Литмузея на «Викторию» прозаично связана с ремонтом, но все сошлось так, будто и не могло быть иначе
Смена площадки с нового корпуса Литмузея на «Викторию» прозаично связана с ремонтом, но все сошлось так, будто и не могло быть иначе

Независимый проект «Уместный театр» впервые ставит классику. Режиссер Артем Устинов, которого зрители знают по «Пер Гюнту» в «СамАрте», выпустил в белом выставочном пространстве галереи «Виктория» первую часть «Постороннего» Камю. Вторую покажут 26 февраля.

«Для нас он тоже посторонний»

Эскиз называется «Посторонний. Черным по белому». Одетые в темное актеры играют на низком подиуме в «простреленном» светом узком белом зале. Смена площадки с нового корпуса Литмузея на «Викторию» прозаично связана с ремонтом, но все сошлось так, будто и не могло быть иначе. Другое пространство дало спектаклю больше воздуха, необходимый объем и даже немного лоска.

Повесть Камю считается манифестом экзистенциализма и обычно трактуется как рассказ о естественном человеке, свободном от условностей. Он не будет плакать на похоронах, «как положено», честно скажет девушке, что равнодушен к женитьбе, и случайно убьет, ослепленный солнечным светом. Экзистенциалистам особенно важен человек в пограничном состоянии, но «Уместный» пока выпустил только первую часть «Постороннего», вторая, с тюрьмой и приговором, еще за кадром, оставляет первой широкое поле для интерпретаций. Всегда ли Мерсо был таким, или все-таки смерть матери повлияла на него? Бесчувствие им движет или желание быть собой? «Для нас он тоже посторонний», как пишет Сартр.

Мерсо и Пер

Мерсо играет Ярослав Тимофеев - молодой актер, чьей самой важной работой за два сезона в «СамАрте» стала роль Пер Гюнта (режиссером спектакля тоже был Артем Устинов). Рифма между его новой ролью и Пером напрашивается сама собой. Тем более текст Камю распределен так, что персонажи не только говорят о себе в третьем лице, но время от времени как будто переспрашивают друг друга, уточняют, кто именно действует (- Я? - Я!), или повторяют глаголы, словно пытаясь понять, что делают. От этого тема поиска собственных границ распространяется с Мерсо на всех. Но центр композиции, конечно, он. Пер Гюнт пытался понять, «пребудь собой» или «довольствуйся собой» стало его девизом, и полспектакля доказывал, что жил, как следует - «был собой». Мерсо не нужно пытаться быть собой. И ничего доказывать тоже не нужно - он совершенно равнодушен к мнению окружающих.

Камю, как известно, очень заботила эта тема - осуждение общества, зависимость человека от чужого мнения, необходимость жить по предписанным правилам («В нашем обществе любой, кто не плачет на похоронах матери, рискует быть приговоренным к смерти»). Мерсо в исполнении Ярослава Тимофеева как будто все делает вынужденно. Будь его воля - он так и остался бы сидеть на стуле среди зрителей. Но приходится ехать на похороны матери, отвечать на вопросы Мари, общаться с соседями... Актеру отлично удается «не играть», просто существовать на сцене, бесстрастно и безоценочно. Какой его Мерсо? Мы не знаем точно, но все - и свет, и звук, и пластика - сделано так, чтобы мы смотрели его глазами.

Наступающая тревожность

Мерсо словами-штрихами описывает движение окружающего его мира. Иногда так же без подробностей отмечает, что чувствует. Предметный ряд спектакля соответствует и тексту, и взгляду - минималистичен и отчасти метафоричен. Стулья, зеркальца, граненые стаканы, белое пианино (его же крышка будет крышкой гроба), подсвеченная стеклянная ваза, в которой переливается вода (это купание в море). А еще пластиковые бутылки, так же необходимые для звукового эффекта, как бьющая о стакан ложка в руках стариков из богадельни.

Актеры (Екатерина Аверьянова, Дмитрий Дьячков, Ксения Ефимова, Анастасия Карпинская, Евгений Клюев, Ильдар Халитов) то играют каждый свою роль, то существуют единой массой, в одинаковом пластическом рисунке, и есть в этом предощущение и наступающая тревожность.

Как всегда, «Уместному» особенно важен свет, впрочем, не менее важный и в тексте Камю. Окружающие лезут в душу Мерсо, пуская зеркалами зайчиков, прожектор слепит его смертоносным солнечным светом.

Отчасти знакомые и ставшие «лицом» театра, приемы работы в сжатом пространстве без бюджета обновились с выходом на другую площадку. Целиком (вместе со второй частью) спектакль покажут в «Виктории» 26 февраля.

68

Последние статьи

14 ноября
13 ноября
12 ноября
09 ноября

Архив Культура

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
29 30 31 1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 1 2 3 4